Священнослужителей с иностранным образованием проверят на профпригодность


Global Look Press

Во вторник Государственной Думой будет рассмотрен в первом чтении законопроект Минюста о внесении изменений в федеральный закон "О свободе совести и о религиозных объединениях".

Предполагается, что в закон будут внесены существенные поправки, направленные, в первую очередь, против распространения в России экстремистской религиозной идеологии теми, кто прошел подготовку за рубежом. Предполагается изменение формулировки, что государство не вмешивается в деятельность религиозных объединений, "если она не противоречит настоящему Федеральному закону" на "если она не противоречит законодательству Российской Федерации".

Кроме того, на руководителей и участников религиозных групп предложено распространить существующее в законодательстве требования к некоммерческим организациям. Согласно этому требованию руководителем и участником религиозной группы не может быть "иностранный гражданин, в отношении которого принято решение о нежелательности пребывания в РФ", а также человек, "включенный в перечень экстремистов и террористов" или "чьи счета заморожены комиссией по противодействию финансированию терроризма".

В числе прочего будут рассмотрены пункты, касающиеся упрощения регистрации религиозных организаций.

И (что гораздо важнее) поправка, вызвавшая широкий резонанс у религиозных деятелей, в том числе у представителей основных конфессии РФ, согласно которой священнослужители, получившие образование заграницей, будут обязаны пройти аттестацию и получить подтверждение своего диплома в России.

Как заявил РИА Новости председатель комитета по развитию гражданского общества, вопросам общественных и религиозных объединений Сергей Гаврилов принципиально важно, что "переобучение и аттестация будут проводиться российскими духовными образовательными организациями. Не государственными вузами, а именно конфессиональными духовными учреждениями".

Свое видение поправок сайту Вести.Ru представил раввин общины Бейт Марина Моше Эстрин: "Запрос на централизованное регулирование религиозной деятельности существует давно. Когда я в качестве раввина приехал в Россию в 2011-м году, через два года мне пришлось сертифицироваться. По счастью у меня был диплом российского вуза по иудаике, и мне это сильно облегчило жизнь и подтверждение прошло достаточно формально. Сертифицировались все раввины, кто учился не в России. Так что новый проект поправляет законодательство последних лет, снимая жесткую сакрализацию, и дает общине возможность выдавать сертификаты, аттестовать, вводить свою образовательную систему.

До сих пор закон был заточен под Русскую православную церковь, и он не учитывал целый ряд особенностей других конфессий. Новая версия дает больше возможностей другим религиозным организациям, они получают больше прав. Им больше не нужно соответствовать чужим стандартам, можно установить свои.

Второе, что я хотел бы отметить, уходит возможность выходить из состава централизованной религиозной организации (ЦРО – религиозная организация, состоящая не менее чем из трех местных религиозных организаций ) На сегодняшний день на юридическом поле существует две формы организации новых общин: либо возобновление деятельности старых (существовавших до революции и в советские годы закрылись), но это очень сложно — таких общин мало. Второй путь более реальный — это ЦРО. Когда ЦРО регистрируется в Минюсте, она полностью объясняет свое исповедание: основы, цели, какую литературу она считает главной. Однако в какой-то момент местная организация из ЦРО может выйти и перерегистриваться.

Прежний закон эту проблему не решал, в связи с чем образовывалось множество фиктивных организаций, но поскольку отчеты регулярно подавались в Минюст, поделать с ними было ничего невозможно. Таких организаций сотни по всем крупным объектам РФ. Юридическую позицию раввина российское законодательство не рассматривает, есть моральный авторитет. Есть глава общины, который выбирается самой общиной путем голосования. И, если он сам себя назначает раввином, с ним ничего невозможно сделать: он сам себе раввин, сам себе руководитель, священник, прокурор.

Новый закон усложняет выход из ЦРО и вынужден дальше действовать в общих рамках и соответствовать законам иудаизма. Важно отметить, что все религиозные еврейские организации относятся к НКО, а религиозная деятельность отделена от НКО в отдельную группу и не пересекается с ними. Наша особенность такова, что у нас все религиозные программы автоматически являются национальными, поскольку нет миссионерства, и мы не привлекаем людей других национальностей. С другой стороны национальная деятельность невозможна, если там нет религиозной составляющей.

К сожалению, наша уникальная ситуация никак не отражена в законодательстве. В 90-е годы предполагалось появление таких организаций, где НКО и религиозные организации могли бы участвовать под общей эгидой, например, как национальные центры. Сейчас разные департаменты регулируют их деятельность, и это сильно осложняет жизнь.

Еще один момент я бы хотел отметить, что у нас важную роль играет авторитет лидера общины – раввина. И, чтобы человек мог действовать в рамках своих убеждений, его позиция должна хотя бы отчасти быть независима от общины. К сожалению, на сегодняшний день единственная форма организации в России предложенная уставом, этого не предполагает, и раввин — это наемный работник общины и к решению вопросов общины он отношения не имеет. Но на данный момент эта проблема нерешаема. Дополнительных сложностей основным религиям России закон не создает. Скорее, немного облегчает их существование".

Напомним, федеральный закон N 125 "О свободе совести и о религиозных объединениях" был принят 26 сентября 1997-го года. Изменения в него вносились едва ли не ежегодно, а порой и по несколько раз в году, зачастую принципиальные для конфессий, но незаметные для граждан, равнодушных к религии.

Последние изменения были внесены в конце 2019-го года, если точнее — 2 декабря.

Что же касается последнего пакета поправок, разговоры о том, что Минюст готовится внести эти изменения начались в 2018-м году. Тогда же некоторые представители Московского Патриархата, получившие образование в богословских учебных заведениях других стран, решили не дожидаться принятия закона и сразу подтвердили свое образование и ученые степени.

Но далеко не всем удастся решить эту задачу также просто. С 2019-го года в Минюсте России числится 31 392 религиозные организации 60 различных конфессий. Преимущество, безусловно, за основными религиями страны: христианством, исламом, буддизмом и иудаизмом. Казалось бы, у них сложностей с подтверждением образования быть не должно, но без проблем не обошлось.

Безусловно главенствующее положение на христианском поле России занимает Русская православная церковь. Однако равными юридическими правами обладает католическая церковь, протестантские (баптисты, пятидесятники и адвентисты) и старообрядческие общины, дохалкидонские церкви и альтернативные православные. Но далеко не все они имеют возможность пройти аттестацию, по той причине, что духовных учебных заведений на территории России у них нет.

Нет учебных заведений и у буддистов. Обеспокоенные ситуацией, ученые-востоковеды направили председателю Думы Вячеславу Володину письмо, в котором они излагают свое видение проблемы: "Для абсолютного большинства традиционных религий Российской Федерации (и тем более иных) ситуация такова, что их наиболее авторитетные духовные образовательные организации находятся за пределами России. Самые почитаемые учебные заведения католиков находятся в Ватикане, мусульман – в Саудовской Аравии и Египте, иудеев – в Иерусалиме, буддистов – в Индии, Монголии и Китае. Получается, что обсуждаемые дополнения обязывают специалистов, имеющих дипломы самых известных духовных университетов мира, дополнительно обучаться в российских заведениях далеко не столь заметных на мировом уровне. Это выглядит неоправданно – ведь в светской области Российская Федерация признаёт ряд иностранных дипломов о высшем образовании, не требуя выпускников Гарварда или Сорбонны проходить переподготовку, теряя время, которое они могли бы потратить, с пользой применяя полученные знания на благо России. И это совершенно правильный подход".

Обеспокоенность грядущими переменами выразила и Ассоциация буддийских общин "Арья Сангха". Отметив, что дополнение противоречит Конституции РФ и входит в противоречие со статьями 3-5, 20 и 24 действующего закона "О свободе совести и о религиозных объединениях", "Арья Сангха" напомнила, что "ведущие высшие буддийские учебные заведения находятся за пределами РФ. В Индии, Монголии, Непале, Китае и других странах". Что важно, ученые ламы и монахи, окончившие эти учебные заведения, не только не нуждаются в аттестации или дополнительном профобразовании, оно было бы некорректно из-за "нарушения иерархической и институционной структуры, а также ввиду отсутствия в России лиц, получивших лучшее или аналогичное религиозное обучение".

А вице-президент ЦРО "Объединение буддистов Калмыкии", настоятель центрального хурула Калмыкии Анджа Гелюнг с горечью предположил, что "принятие данного законопроекта без уточнений и корректировок негативно скажется состоянии буддизма в стране". Оно "приведет к снижению качества образования буддийских священнослужителей в результате нарушения традиционных связей с общепризнанными мировыми центрами религиозного буддийского образования, приведет к ущемлению религиозных прав верующих буддистов".

Остается добавить, что сложнее чем буддистам получить официальный документ об образовании будет имеющим юридический статус Армии спасения и вере Бахаи.

Есть надежда, что в будущем в законопроект будут внесены некоторые поправки, учитывающие уникальность религий, зарегистрированных на юридическом поле России. Ранее Сергей Гаврилов предположил, что "ко второму чтению законопроекта комитет совместно с Минюстом и экспертным сообществом рассмотрят возможность определенной коррекции этой нормы, к примеру, в отношении руководителей религиозных организаций традиционных конфессий. Вероятно, требование аттестации для них излишне".

Это было бы как нельзя более кстати, в ином случае проще других (даже многих христиан) подтвердить свое образование будет язычникам и неоязычникам. Например, шаманам, чьи школы, институты и академии разбросаны по всей стране.