Сентябрь, поделивший жизнь на "до" и "после": фильм Александра Рогаткина о трагедии в Беслане

В первые дни сентября в России вспоминают трагедию Беслана. О героях, которые спасали заложников, о том, как пришлось проводить операцию, когда террористы уже начали убивать, и о той боли, которая не отпускает, фильм Александра Рогаткина.

"Вот этот колокольчик должен был дать звонок. Потом нам из прокуратуры его отдали сюда. И он теперь в музее, мы решили, что звонить он не будет, – говорит учитель истории, бывшая заложница Надежда Гуриева. – Именно вот этот колокольчик с тех пор не звонил никогда".

А еще у Надежды Гуриевой осталась простреленная в нескольких местах доска из ее кабинета истории.

"Здесь 31-го числа моя Верочка написала – вот, синим цветом видно здесь. С последним вас первым звонком! И мне так кричит: мама, посмотри, как я красиво написала! Ну, я прочитала, и у меня такое какое-то неприятное ощущение появилось, – вспоминает Надежда. – Верочка моя сгорела. Ее опознали только по кусочкам трусиков и юбочке от платья, которое было на ней. Борик тоже обгорел сильно, но его можно было узнать. Верочку сложнее было".

Комитет "Матери Беслана" разместился в двух маленьких комнатах небольшой квартиры, которую выдали власти Правобережного района. Здесь хранятся фотографии детей – с ними матери выходят на крестные ходы в годовщины теракта. Это их "бессмертный класс".

"Вот мои Туаевы – Хетаг и Карина. Это фотографии у нас с доски почета в школе. Сняли и повесили на кладбище", – показывает бывшая заложница, член комитета Ассоциации жертв террористических актов ''Матери Беслана'' Эльвира Туаева.

Эльвира до сих пор не понимает, как живет с этой непосильной ношей. Как выдержала, как не сошла с ума и как несмотря ни на что родила потом двоих сыновей.

"Прошел сильный град, и какие-то саженцы остались – приживутся, не приживутся. Вот, наверное, это касается лично нашей семьи: сильно побил град, но что-то… что-то осталось, и вот из остатков слепили семью и насколько это возможно сейчас у меня... насколько возможно в нашем положении у нас счастливая семья", – говорит она.

Помогают жить работа в комитете и бесконечная борьба за правду.

"Как нам говорили, горе должно быть молчаливым – сидите, по традиции осетин дома, и плачьте в подушки. Да, но это малодушие, это самый легкий вариант – сиди и горюй дома, – признается бывшая заложница, сопредседатель комитета Ассоциации ''Матери Беслана'' Анета Гадиева. – А попробовать изменить в этой системе координат что-то, потому что ты видишь, что эта система не работает, она не для людей, к сожалению, понимаете?"

Анета Гадиева не то что власть, себя простить не может. Когда боевики отпускали с Русланом Аушевым матерей с грудными младенцами, ей пришлось оставить в школе старшую дочь.

- Можно, моя старшая девочка понесет? И террорист заорал: "Я сказал: мать и один грудной ребенок!" Даже не два, а один грудной ребенок, – вспоминает Анета. – И вот тогда я повернулась к своей девочке и сказала: "Алана, все будет хорошо, ты вот с Алиной будь рядом. Это соседка наша… И пошла".

- Что же вы в эти дни пережили?

- Ну, я, в принципе, не пережила. То, что я сейчас… Ну, это не то, что я была тогда. Я думаю, что та прежняя я осталась в школе навсегда.

Эта трагедия породила множество слухов и мифов. Расследование парламентской комиссии под руководством сенатора Александра Торшина наотрез отказался подписывать депутат Госдумы от фракции "Родина", профессор и бывший ректор Санкт-Петербургского военно-механического университета Юрий Савельев. Он написал свой альтернативный доклад на семь томов: заложников убили не террористы, а спецназовцы, начавшие штурм бесланской школы.

- Ни одного трупа в этом дворе не лежит. Посмотрите сюда, пожалуйста, вот этот вот двор, где проходила линейка, в которой якобы лежали трупы детей и женщин убитых. В нем тоже нет ни одного трупа, – показывает фотографии Савельев.

- Давайте, показания я вам заложниц скажу: "Бежали мы, как безумные, и мне казалось, что все бегут за нами террористы... Успели забежать за гараж, а за нами бежала женщина одна. И вот судьба у человека – буквально два метра она не успела добежать до гаража, и снайпер ее снял. Даже фотография есть, как она лежит бедная возле этого гаража. Была в двух метрах от свободы и погибла".

- Я вам сейчас скажу. Она здесь полежала и ее под руки взяли.

- Да нет, вот же она лежит!

- Вот ее подняли и увели потом.

- То есть она жива, по-вашему?

- Она жива.

Но самый главный вывод расследования Юрия Савельева в том, что взрывы в спортзале были спровоцированы начавшимся штурмом. Школа была намеренно обстреляна из гранатометов и огнеметов.

"Здесь дистанция с крыши дома номер 37 до места, куда попала вот эта граната, – 51 метр. Я промерил", – указывает эксперт.

Как уверяет профессор Савельев, один снаряд из огнемета пробил крышу и взорвался в чердачном пространстве. А второй попал в окно спортзала, пролетел по диагонали через весь спортивный зал с заложниками и взорвался под еще одним окном, вывалив наружу кирпичи и убив основную часть детей и их родителей. После этого якобы спецназовцы и пошли в атаку.

- Ну, а зачем? Логическое объяснение должно быть вот этому?

- Я не хочу давать логического объяснения, потому что меня сразу привлекут к суду за какие-то там оскорбления кого-то.

"Возможно, я теперь могу обвинять власть в жестокости. А может, хотели всех взорвать… Мы можем предполагать все, что угодно, но власть должна провести расследование и поставить точки над "i", – говорит председатель Ассоциации "Матери Беслана" Сусанна Дудиева.

По заданию Генеральной прокуратуры версию профессора Савельева поручили проверить научно-производственному объединению "Базальт", которое разрабатывает гранатометы.

На подмосковном полигоне была построена копия стены спортзала бесланской школы. Причем и кирпич был выбран той же марки и даже раствор. На стену под окнами даже повесили батареи, которые привезли из разрушенной школы. Сами батареи, как это было в спортзале, закрыли деревянными экранами.

Сначала под окно стрельнули из гранатомета кумулятивной гранатой. Струя расплавленного металла пробила стену в два кирпича, оставив отверстие диаметром в 5-6 сантиметров. Это и понятно: для этого и создан был гранатомет, чтобы прожигать броню танка толщиной аж в полметра. Но такой пролом, как на этой фотографии, в кирпичной стене выстрел от РПГ-7 сделать не может.

Потом стреляли из РПО-А – реактивного пехотного гранатомета "Шмель". Термобарическая граната также не смогла разрушить кирпичную кладку. Образовалась выбоина глубиной в 9 сантиметров.

Третий выстрел был реактивной штурмовой гранатой РШГ-1. Взрывом разнесло чугунную батарею, а вот на самой стене повредило только штукатурку, оставив выбоину от осколков всего в три сантиметра.

"В 2004 году ни гранатометных средств ближнего боя, ни ручных огнеметных средств, обладающих такой разрушительной силой, которая бы могла вызвать пролом в стене кирпичного здания в два кирпича, который наблюдался в здании школы номер 1, – их просто не было. Ни у нас, ни за рубежом", – пояснил начальник конструкторского бюро НПО ''Базальт'' Николай Середа.

Профессор Савельев специалистам не верит.

Тогда эксперты поставили перед стеной стул с самодельным взрывным устройством мощностью в 6 килограммов в тротиловом эквиваленте.

"А вот при срабатывании самодельного взрывного устройства картина получилась практически один в один. Даже многие рассуждали: вот почему стенка кирпичная разрушилась, а подоконник остался на месте? – говорит Середа. – Так вот, как ни странно, получили картину точно такую же, как и в Беслане: подоконник остался на месте, степень разрушения кирпичной стенки практически один в один – как и у оригинала".

"Вот там стоял бандит в дверях и все время стрелял вверх, чтобы заставить нас молчать. Но люди уже не реагировали. Просто одна из мам берет своих дочек под мышки и идет на автомат. Я говорю: ты что делаешь, Марина? Она поворачивается, а у нее глаза пустые", – вспоминает Надежда Гуриева.

"И в какой-то момент раздается хлопок – вот здесь. Как раз там выгнута сейчас конструкция щита, – продолжает бывшая заложница. – Он стрелял вверх и, вероятнее всего, я так думаю, он попал в одно из взрывных устройств. И взорвалось оно. Я не успела повернуться и сказать детям: "Ложитесь". В это время рванула вот эта мина и положила мою семью".

Террорист Кулаев говорит, что взрыв мог произойти из-за потасовки двух боевиков.

- Мы с этой стороны стояли спортзала, они с другой стояли, где конец спортзала. Мы видели, как они там дерутся… ну, не дерутся, а между собой… толкаются. Тот успел выстрелить – его, второго. А всё равно успели его оттолкнуть, – рассказал террорист Нурпаши Кулаев.

- Он его столкнул с педали, получается?

- Да, не знаю из-за чего, но он ногу убрал с педали, взрыв произошел…

Оперативный штаб вынужден дать команду немедленно спасать заложников. Спецназовцы готовились к возможному штурму и разрабатывали несколько его вариантов.

"Уже было понятно, что без потерь сложно будет обойтись, потому что везде были баррикады, плюс внутри были развешаны самодельные взрывные устройства. Человек, стоящий на кнопке – с ним тоже нужно было как-то разобраться. То есть там были определенные алгоритмы, но до этого не дошло, к сожалению: то есть мы возможно обошлись бы гораздо с меньшими жертвами", – рассказал ветеран специального подразделения ''Вымпел'', участник контртеррористической операции в Беслане Максим Разумовский.

Максим Разумовский – это тот окровавленный парень на фотографиях, которые потом облетят весь мир. Его назовут Русским танком, хотя спецназовцу это и не нравится.

"Это уже была операция по спасению, не по освобождению заложников. Спасти тех, кого еще можно было спасти на тот момент. Когда заложники начали разбегаться и по ним уже стреляют – понятно, что мы начали уже гасить эти огневые точки и давать им возможность уйти", – вспоминает Разумовский.

"Мной уважаемый человек еще тогда, в 2004-м мне сказал: "Вы сейчас герои, потом найдутся люди, которые назовут вас убийцами. И так и произошло", – продолжил спецназовец.

На момент начала операции ближе всех находилась группа "Вымпел" под командованием Вячеслава Бочарова.

"Когда я зашел в спортзал, то я увидел перед собой картину, как дети, женщины лежат друг на друге, как слоеный пирог – вот слоями друг на друге. Но не все же мертвы! И те, кто шевелился, ползая по телам, я их эвакуировал в раздевалку", – говорит герой России Вячеслав Бочаров.

Где-то в этом коридоре он получает тяжелейшее ранение.

"Пуля попала за левое ухо. И первая мысль, она же и последняя: ну, все, отвоевался. Вот, как на духу говорю. Ну, все, отвоевался. А потом уже только в Бурденко в Москве через несколько дней я пришел в себя", – вспоминает Бочаров.

На этих кадрах видно, как товарищи Бочарова вытаскивают раненого командира из окна и выносят с поля боя. Пуля обезобразила лицо спецназовца. Он был без сознания и его посчитали погибшим.

"У меня была тяжелая контузия глаз, оторвана челюсть и так далее, то есть говорить я не мог и показал, что могу писать. И написал три слова ЦСН, ФСБ, Бочаров", – говорит Бочаров.

"Когда меня все спрашивали, кто тебя вынес, – я всем говорила, что меня вынес человек в белой одежде, – вспоминает бывшая заложница Элина Плиева. – Мне говорят: "Нет, тебя вынес спецназовец. У меня было такое чувство, что меня реально вытащил ангел – весь в белом".

Полную версию фильма Александра Рогаткина "Беслан" телеканал "Россия 1" покажет в четверг, 3 сентября, в 23:30.